ШУТ

Скоморошья моя слава, скоморошья!
На ночь девушки прилежно ноги мыли.
Голова моя колосится желтой рожью
сумасшедших и безоглядных мыслей.

Самый богатый на свете тот, кто самый бедный,
зачерпнул горсть пыли – и весь мир держит в руке.
На купол церковный нацепить бы
заливистый бубенчик
как на моем разрисованном колпаке!

Люди добрые, разве же я здесь ни при чем,
что случилось в злые перемены?
Кажется мне, что я то Стенька Разин,
то Пугачев,
а то сразу оба одновременно.

Все я вижу своими выклеванными слезящимися очами,
буду по городам и селам разухабистые песни петь!
Прикуйте меня к громадной скале железными цепями,
а утром буду не я,
а дикий ревущий медведь!

Все века и эры колобродят и безумствуют во мне
словно сошлись на хмельную разбойничью сходку.
Сгораю дотла на аспидном яростном огне
и успеваю отбивать веселую чечетку!

Грядущее встарь
спешит втихаря.
Был царь –
и нет царя!

Тс-с! Тише. Слышите?
Белые кости хрустят, хрустят белые кости
на окровавленной дыбе всю ночь до утра.
Все мы на земле –
случайные заезжие гости
занесенного степною вьюгой
постоялого двора.

Нельзя мне встать в полный рост и нельзя в пояснице
разогнуться,
птицы в небе распятыми крестами об усопших голосят.
От всенародных казней
и от братоубийственных революций
пухну весь как баба на сносях.

Ветер примчался загнанно и замертво грохнулся у порога.
Что так гнедые табуны за рекою тревожно ржут?
Не спешите,
ах, погодите немного –
вот сейчас,
сейчас,
сейчас
Бога рожу!

2011


Дата: 20.03.2012 Автор:

Нет комментариев. Ваш будет первым!